Когда противный, скребущий звук, весьма схожий с тем, когда металлом по стеклу, повторился, что-либо предпринять уже было слишком поздно.  Земля под ногами внезапно вспучилась и быстро стала оседать. Вместе с замершим от ужаса мутантом и его добычей. Она поглощала их целиком, превратившись в подобие зыбучих песков или болотной топи, способных в равной степени затянуть в свои пучины все что угодно.

     Огромное подземное чудовище, было слепо, как крот. Зато нюх у него был отменный. Стоило лишь крови обильно просочиться в поры земли, и оно, находившееся в это время неподалеку, ее почуяло. Метнулось в нужном направлении, уподобившись буру, высверливающему в толще породы нужного диаметра свердловину. И теперь раскрыв пасть, усеянную двумя рядами зубов, поджидало пока жертва, подталкиваемая его щупальцами, сама упадет туда.

           * * *

         В нашем городе метро не было.  И хотя количество жителей уже давно перевалило за миллион (я где-то слышал, что метро строили именно в городах с миллионом и более жителей) – почему-то даже не планировалось. Помню, как я впервые, мне тогда едва ли исполнилось шесть лет, встал на эскалатор московского метрополитена. Сколько искреннего восторга принесло мне это, весьма обыденное для всех вокруг, событие. А еще я жутко боялся. Что-то типа, а вдруг не успею вовремя соскочить, и меня засосет туда, внутрь этой громадины. Размалывая, сминая, стирая в труху. Поэтому и соскочил с движущейся дорожки еще заранее, раскинув руки в стороны и с выражением решительности на лице. Со стороны данное зрелище выглядело весьма уморительно, потому как я успел заметить улыбки на лицах всех, кто находился рядом. Густо покраснев, я схватил маму за руку и решительно потащил прочь.